ZuboLom.ru

Бюджетный дефицит и способы его покрытия

Одним из важнейших индикаторов состояния экономической конъюнктуры является уровень бюджетного дефицита. Дефицит бюджета равен сумме совокупных государственных расходов за вычетом налоговых поступлений в бюджет T:

( G + N + F ) - T

Но если принять N=0 и вспомнить, что государственные расходы равны сумме закупок товаров и услуг G плюс общий объем социальных выплат F, а налоги T - это сумма чистых налоговых поступлений Tчист плюс социальные выплаты F, можно записать: бюджетный дефицит = (G + F) - (Tчист + F) = G - Tчист

Если же совокупные расходы государства (G + N + F) оказываются меньше налоговых поступлений в бюджет Т, то есть (G + N + F) < T, то в финансовой системе возникает явление бюджетного профицита. Данный профицит (или бюджетный излишек) называется первичным, если превышение расходов над доходами бюджета достигается без учета платежей по обслуживанию государственного долга, то есть если G + F < T. В этом случае в стране становится возможным - при значительной величине накопленных ею обязательств - сочетание первичного бюджетного профицита и общим дефицитом бюджета.

Бюджетный дефицит является проявлением кризиса государственных финансов. Однако нужно иметь в виду, что подобно другим внутренне присущим экономической системе так называемым отрицательным категориям (кризису, инфляции, безработице и др.) дефицит бюджета может заключать в себе и некоторые позитивные импульсы, утрата которых подрывала бы способность системы к разрешению периодически обостряющихся в ходе ее развития противоречий. Бюджетные дефициты во всех развитых странах во второй половине 70-х гг. достигли невиданных прежде размеров. Так, к середине 80-х гг. дефицит госбюджета по отношению к ВНП вырос в США до 3,4%, во Франции - 3,0%, в Англии - 3,9%, в Италии - до 14%. И лишь в ФРГ и Японии удалось систематически снижать дефицит бюджета на протяжении 80-х гг. Правда, в 90-е гг. на фоне ускоренного роста участились случаи бюджетных профицитов: Япония в 1991-92 гг., Израиль в 1997 г., США - 1999-2000 гг. Бюджетный профицит в России в последние годы является первичным, и его появление неразрывно связано с обострением (особенно в 2003 г.) проблемы внешнего государственного долга.

Изменился и сам характер бюджетных дефицитов. Предполагавшаяся ранее цикличность бюджетного дефицита означала, что бюджетный дефицит неизбежно возникает и растет в период спада, но он будет сводиться к минимуму в условиях подъема экономики. Однако со второй половины 70-х гг. и особенно после начавшегося подъема 80-х гг. ситуация начала меняться. Все более тревожным явлением стало сохранение дефицита в условиях подъема и относительно высокого уровня занятости - структурного дефицита (называемого иногда активным).

Структурный (активный) бюджетный дефицит возникает в ситуации, когда в условиях достигнутой полной занятости (равной приблизительно 6 %) чрезмерные государственные расходы необоснованно растут быстрее доходов бюджета. Если безработица оказывается чрезмерной - а это обычно бывает в условиях экономического спада -, то кроме структурного появляется еще и циклический (пассивный) дефицит бюджета - разница между фактическим и структурным дефицитом. Он возникает из-за комбинации увеличения социальных выплат (например, пособий по безработице) и сокращения налоговых поступлений в бюджет.

Возникновение и рост бюджетного дефицита могут быть обусловлены:

  • Частотой и продолжительностью спадов производства. Их влияние на финансовую ситуацию в стране наглядно отражает следующий график:

    чистые налоги = 0,2 Y

    влияние на финансовую ситуацию спадов производства

    До тех пор, пока в стране продолжается экономический кризис, бюджетный дефицит в ней непреодолим, так как при падении объема национального продукта (Y) происходит сжатие налогооблагаемой базы, - например, в результате сокращения рентабельности фирм и заработной платы их работников, - в то время как сокращение государственных расходов (даже если таковое случится) обычно заметно отстает от сжатия ВНП.

  • чрезмерными социальными расходами, например, на социальное обеспечение и здравоохранение (в странах, где проявилась тенденция к старению населения), на образование и создание новых рабочих мет (там, где велика доля молодежи), на содержание государственного жилого фонда и т.п., - безотносительно к динамике экономической эффективности. При этом программы социальной помощи, медицинского обслуживания, поддержки фермеров, пособий по безработице в фазе кризиса способны расширяться автоматически;
  • усилением влияния на финансовую систему страны экономико-политических циклов. Известно, что политики, которые рекомендуют повышение налогов и сжатие государственных расходов, обычно не имеют успеха на выборах. Понимание данного обстоятельства стремящимися к переизбранию представителями власти вполне может проявиться в предвыборный период в проведении ими сугубо популистской финансовой политики (например, через введение необоснованных налоговых льгот), подрывающей относительную сбалансированность государственного бюджета;
  • расширением "теневой экономики" в результате, прежде всего, чрезмерно высоких налогов: нередко их рост, преследующий цель сокращения бюджетного дефицита, становится, напротив, фактором его роста. Но, с другой стороны, столь популярное в мире в последние десятилетия стимулирующее сокращение налоговых ставок (отстаиваемое современными неоклассиками) также может явиться причиной более или менее продолжительного дефицита бюджета, особенно в случае, если оно не сопровождается адекватной корректировкой нерациональных государственных расходов;
  • бюрократизацией государственного управления, вызывающей рост непроизводительных управленческих расходов;
  • увеличением затрат на обслуживание государственного долга, что формирует некий порочный круг: старый долг через рост расходов N и, соответственно, бюджетного дефицита, порождает новые долги государства;
  • неудовлетворительной организацией процесса налогообложения и негативным отношением налогоплательщиков, не усматривающих по ряду причин сколько-нибудь тесной связи между произведенными ими выплатами в бюджетную систему и полученными взамен выгодами от реализации спектра правительственных программ;
  • милитаризацией экономики: увеличением расходов на ведение "холодной" (гонки вооружений) или "горячей" войны (связанной с ведением активных военных действий). Существует З основных варианта финансирования военных расходов: увеличение налогов, эмиссия денег, дефицитное финансирование. Первый путь подрывает стимулы к труду и предпринимательскую активность. А поскольку в данный период требуется сверхзанятость населения и рост инвестиционной активности в оборонно-промышленном комплексе, постольку такой вариант нереализуем без установления командной системы. Второй путь порождает быструю инфляцию, которая предопределяет спад производства, в том числе и вооружений. Так что предпочтительнее пойти по третьему пути, связанному с наращиванием бюджетного дефицита. Он тоже чреват инфляцией, но через определенный временной интервал. И если война не затянется, то инфляционные процессы развернутся уже в послевоенный период, когда важнейшая цель победы над врагом уже будет достигнута.

В мировой теории и практике сложились 3 основных концептуальных подхода к проблеме бюджетного дефицита, реализация которых в той или иной стране в решающей мере определяется экономической доктриной, на которую опирается ее правительство при формировании своей экономической политики:

  1. Концепция ежегодно балансируемого бюджета, которая предполагает полную окупаемость всех программ правительства. В рамках нее бездефицитный бюджет рассматривается в качестве одного из главных приоритетов экономической политики. Данная концепция до последнего времени была преобладающей в нашей стране, а до 30-х г.г. - во многих других странах. Статьи о необходимости достижения сбалансированного бюджета еще сохраняются в конституциях многих штатов США (но не на федеральном уровне). Однако еще Дж. Кейнс и Стокгольмская школа доказали, что реализация концепции ежегодно балансируемого бюджета исключает антициклическое регулирование экономики финансовыми средствами. Приведем в связи с этим 2 противоположных примера:

    • спад - безработица - сокращение доходов населения - сокращение налоговых поступлений в бюджет - рост бюджетного дефицита. Для реализации рассматриваемой концепции необходимо либо повышать ставки налогообложения, либо сокращать государственные расходы (обычно используется комбинация этих мер), а это порождает еще больший спад и дополнительную безработицу - вследствие сжатия совокупного (потребительского, инвестиционного и государственного) спроса.
    • подъем - инфляция (классический отрезок кривой AS) - рост номинальных доходов - увеличение налоговых поступлений (особенно в случае неотработанности механизма индексации налоговых порогов) - положительное сальдо бюджета. Для реализации данной концепции необходимо либо снижать ставки налогообложения, либо повышать государственные расходы (вероятна комбинация этих мер), а это способно усилить инфляционные процессы вследствие дальнейшего расширения совокупного спроса и продлить экономический подъем.

    Как видим, реализация концепции ежегодно балансируемого бюджета в рыночной экономике означала бы усиление колебаний экономической конъюнктуры, деловой цикл в этом случае становился бы все более ярко выраженным. Однако в условиях экономического спада правительство уже несколько лет пытается ликвидировать бюджетный дефицит, стремясь таким образом выполнить условие предоставления финансовой помощи России со стороны международных финансовых организаций. Между тем сколько-нибудь значительной помощи нет, а проциклическая политика усилила экономический спад вместе с нарастающей массовой безработицей. Недавний пример стремления правительства реализовать на практике концепцию ежегодно сбалансированного бюджета - социальный взрыв в Аргентине.

    Отвергаемая кейнсианцами концепция ежегодно балансируемого бюджета в целом приветствуется современными неоклассиками. Оценивая бюджетный дефицит как однозначно деструктивное, порождающее инфляцию финансовое явление, монетаристы требуют его ликвидации в максимально сжатые сроки. Данная концепция выдвигается неоконсерваторами и в связи с их критикой государственного сектора. Они полагают, что если правительству будет официально разрешен бюджетный дефицит, то оно резко расширит спектр программ, финансируемых не за счет налогов, а за счет дефицита госбюджета. А такое расширение государственного сектора означало бы посягательство правительства на сам институт частной собственности, которая у неоконсерваторов есть основа основ рыночной экономики. Однако опасения современных неоклассиков относительно расширения степени участия государства в присвоении могут быть признаны оправданными лишь в том случае, если все производственные ресурсы общества к тому времени уже эффективно используются частными предпринимателями. Но в обстановке экономического спада такого обычно не наблюдается: коэффициент использования трудовых, материальных и финансовых ресурсов в этот период невелик, да и народнохозяйственная эффективность оставляет желать лучшего. И в данных условиях правительство, временно закрывая глаза на рост дефицита бюджета, получает моральное право заметно нарастить свои расходы и тем самым создать такие устраняющие массовую безработицу и гарантирующие экономический рост общегосударственные объекты, которыми с успехом воспользуются в будущем не только широкие массы населения, но и сами частные фирмы (в том числе и путем приватизации),

    Исходя из этого, рассматриваемая концепция в определенные периоды принимается на вооружение правительствами западных стран. Дж. Бьюкенен утверждал, что наихудшее наследие Кейнса для экономики состоит в том, что он узаконил бюджетный дефицит. Для устранения данного наследия в США в 1985 г. был принят закон о поэтапной (до 1993 г.) ликвидации чрезмерного дефицита федерального бюджета. Для этого планировалось сократить государственные расходы (прежде всего на национальную оборону, образование, субсидии сельскому хозяйству, пособия по безработице, транспорт, науку, космические программы). Неизменными оставались только расходы на социальное страхование и некоторые программы поддержки уровня жизни. В качестве других форм реализации этого закона рассматривались приватизация ( переложение на частный бизнес затрат на содержание жилищного фонда, транспорта - например, вашингтонского международного аэропорта и т.п.); предоставление президенту и губернаторам права накладывать вето на расходы по отдельным статьям бюджета (хотя противников этой меры, отстаивающих необходимость ограничения власти политиков, всегда было достаточно). Правда, Нельзя не отметить тот факт, что бездефицитность американского бюджета была достигнута гораздо позднее - к концу 90-х гг. уже при администрации Б. Клинтона.

    Как видим, концепция ежегодно балансируемого бюджета в 80-90е гг. активно возрождалась в мире - но под качественно иным теоретическим "соусом". Главным орудием достижения бюджетного равновесия стали не столько государственные расходы (значительное уменьшение которых - акция, политически весьма опасная), сколько налоги. Причем речь шла вовсе не о повышении налогового бремени, а, наоборот, об его заметном сокращении - при компенсации недобора средств в бюджет прежде всего за счет резкого урезания перечня налоговых льгот.

  2. Концепция бюджета, балансируемого на циклической основе. Ее представителей объединяет со сторонниками первой концепции рассмотрение сбалансированности доходов и расходов бюджета как самоцели экономической политики. Но если в первом случае баланс достигался бы ежегодно, то во втором он обеспечивается в рамках каждого данного делового цикла. Достоинством такой концепции выступает сочетание сбалансированности бюджета и антициклического регулирования экономики. Во время спада в связи с сокращением налоговых поступлений и расширением государственных расходов для поддержки производства и занятости нарастают циклический бюджетный дефицит и государственный долг. Но последний погашается за счет положительного сальдо бюджета (бюджетного излишка) в фазе подъема: в это время, наоборот, растут налоговые поступления и сокращаются госрасходы для гашения возможной в данный период инфляции. При таком подходе напрашивается мысль, что правительству не следует бояться бюджетного дефицита в период спада и роста безработицы - благо, что в этот период риск появления инфляции минимален. Зато дефицит бюджета во время подъема - сигнал неблагополучия в финансовой политике (значит, государство слишком много на себя берет). Поскольку кривая совокупного предложения при этом находится на классическом отрезке, то, скажем, дополнительные государственные инвестиции приведут не к наращиванию объема производства, а лишь к росту цен: производственные возможности общества, если только не стремиться к сверхзанятости, практически исчерпаны. Исключением, впрочем, может быть курс на долгосрочный прирост государственной собственности, при котором наращивание производственных мощностей в государственном секторе допустимо в некоторой степени и за счет увеличения структурного бюджетного дефицита и государственного долга. Главная проблема при реализации концепции бюджета, балансируемого на циклической основе: продолжительность и глубина спадов и подъемов в различных воспроизводственных циклах заметно отличаются. в случае, если спад масштабнее подъема, возможно накопление циклического дефицита государственного бюджета.

  3. Концепция функциональных финансов. Опираясь на данную концепцию, кейнсианцы не склонны драматизировать факт присутствия бюджетного дефицита в экономике, находящейся в фазах кризиса и депрессии (а проявление профицита бюджета на фазе подъема не приводит их в состояние эйфории). Более того, они рассматривают превышение расходов государства над его доходами в качестве способа преодоления кризисной ситуации инструментами государственной финансовой политики. Целью этой политики на данном этапе выступает балансирование не бюджета, а экономики в целом, неинфляционной полной занятости, обеспечение скорейшего выхода на траекторию оживления и подъема. А для этого скорее всего потребуются подрывающие сбалансированность бюджета государственные вливания в величину совокупных расходов экономики. Сбалансированный бюджет имеет право на существование лишь в ситуации, когда достигается макроэкономическое равновесие в условиях полной занятости. В несбалансированной кризисной экономике объективно не может быть сбалансированного бюджета. Но если он все же искусственно достигается правительством, то совокупные экономические потери общества, связанные с углублением спада и нарастанием безработицы, превышают достоинства балансировки бюджета. С другой стороны, достижение экономического роста национальной экономики и ликвидация вынужденной безработицы означали бы, что рано или поздно бюджетный дефицит самоликвидируется: в этом случае увеличиваются налоговые поступления в бюджет и сокращаются социальные расходы. Сторонники концепции функциональных финансов считают вполне допустимыми в определенных условиях не только сохранение бюджетного дефицита (в разумных пределах, разумеется), но и его финансирование за счет выпуска в обращение дополнительной денежной массы. При этом важно лишь обеспечить целевое направление преобладающей доли данных эмиссионных доходов бюджета не на текущее потребление, а на скорейшее вовлечение в хозяйственный оборот временно не задействованных ресурсов страны.

В настоящее время в России назрела острая необходимость кардинальных изменений господствующей концепции финансовой политики. Их суть состоит в переходе от концепции ежегодно балансируемого бюджета, заключающейся в стремлении правительства к минимизации разрыва доходной и расходной его частей без учета состоянии реального сектора отечественной экономики, к концепции функциональных финансов, состоящей в ориентации финансовой системы на обеспечение долгосрочного экономического роста. При такой апробированной обширным мировым опытом концепции показателям бюджетного дефицита и инфляции отводится сугубо подчиненная роль по отношению к показателям темпов устойчивого развития реального сектора национальной экономики и обусловленным ими темпам повышения жизненного уровня населения.

Реализация данной концепции означала бы решительный отказ от дискредитировавшей себя в 90-е гг. в нашей стране монетаристской догмы о сбалансированном бюджете как непременном условии экономического роста и осуществление кейнсианской политики дефицитного финансирования. Эффективность этой политики предполагает:

  • наличие у правительства четкой программы финансовых мероприятий;
  • постоянный контроль за динамикой бюджетного дефицита, прогнозирование его величины и поиск источников его покрытия;
  • первоочередное выделение бюджетных средств на мероприятия, дающие значительный экономический эффект.

Решение этих задач означало бы нахождение оптимального для каждого данного этапа размера бюджетного дефицита.

При сравнительном анализе эффективности указанных концепций бюджетной политики необходимо учитывать и тот факт, что в 80-90-х гг. более высокие темпы экономического роста, как правило, демонстрируют те страны, в которых средний уровень бюджетного дефицита был ниже. А значит, не следует, как нередко бывает в нашей науке, однозначно отметать предложения отечественных экономистов либерального толка по устранению сохраняющейся по сей день несбалансированности в сфере российских общегосударственных финансов. Правда, вполне оправданно ставить вопрос и иначе: а может быть ключевые причины быстрого роста этих стран кроются не в отсутствии здесь значительных бюджетных дефицитов (а коренятся, скажем, в успешности проведенных налоговых реформ или в реформировании отношений собственности), а уже сам этот рост приводит к "рассасыванию" остающихся финансовых проблем?

Cокращение бюджетного дефицита требует уменьшения тех или иных государственных расходов. Но уже здесь становится предельно ясно, насколько многосложной для правительства является проблема достижения бюджетной сбалансированности. Дело в том, что снизить расходы бюджета в ряде случаев оказывается попросту невозможно по социальным или политическим соображениям. В первом случае вполне вероятен подрыв хрупкой социальной стабильности в обществе вследствие, например, прекращения дотирования жилищно-коммунального хозяйства, а во втором - нарастает угроза военного переворота из-за недовольства армии урезанием расходов на ее содержание. Кроме того, государственный бюджет лишь в малой степени ориентирован на принимаемые в текущем финансовом году правительственных решений, несравненно большая же доля бюджетных обязательств обычно "вырастает" из прошлого - из решений о социальной поддержке инвалидов, участников войн, о финансировании определенного спектра государственных программ и т.п. И вполне понятно стремление финансовых властей не терять доверие к ним со стороны населения зачастую делает просто немыслимым сколько-нибудь кардинальный пересмотр бюджетных трат. Ведь не секрет, что в структуре федерального бюджета любой страны представлены так называемые защищенные статьи, которые неизбежно сужают "веер" вариантов проводимой финансовой политики. Наконец, нельзя забывать, что сокращение государственных расходов на трансфертные и трансформационные цели в обстановке кризиса (когда и обнаруживается обычно факт несоответствия доходов и расходов бюджета) вполне может быть признан обществом проявлением абсурда в экономической политики - ведь и частные расходы на потребительские и инвестиционные товары здесь также невелики.

Поэтому если бюджетный дефицит (хотя бы и в своих оптимальных параметрах) возник в стране, то ее правительству приходится искать наилучшие по тому или иному критерию способы его покрытия.

В литературе обычно обращается внимание на неизбежные инфляционные последствия бюджетного дефицита. Однако следует учитывать , что прямой связи между ними все же не существует. Опыт 80-х гг. свидетельствует о том, что огромные бюджетные дефициты сохраняются в условиях снижения темпов инфляции. Будет или не будет ускоряться инфляции в результате роста бюджетного дефицита зависит от методов покрытия бюджетного дефицита, а также от степени использования производственных возможностей в экономике страны.

Способов покрытия бюджетного дефицита существует несколько:

  1. Монетизация дефицита государственного бюджета, то есть его финансирование за счет эмиссии новых денег. Данный способ используется в странах, где Центральный банк страны не имеет достаточной самостоятельности в проведении своей денежно-кредитной политики. При этом нарастание денег в обращении слабо связано с расширением реальной товарной массы, и становится неизбежным несоответствие между совокупным спросом и совокупным предложением, быстро порождающее инфляцию. При этом несравненно более инфляционным является денежное покрытие не циклического (пассивного), а структурного (активного) бюджетного дефицита, так как в последнем случае ограниченность производственных ресурсов препятствует адекватной реакции товарного предложения на рост денежной массы в обращении, а значит и на возросший совокупный спрос. В то же время циклический (пассивный) бюджетный дефицит оказывает существенно меньшее воздействие на инфляционный взлет цен. В период рецессии денежный спрос отстает от потенциального предложения, и пассивный дефицит бюджета становится инструментом накачивания недостающего совокупного спроса - в дополнение к частному расширяется еще и спрос государственный. Поэтому увеличение государственных расходов в фазах кризиса и депрессии (при нахождении национальной экономики на кейнсианском отрезке кривой AS) в гораздо большей степени увеличивает объем ВНП, нежели общий уровень цен.

    Население в результате сугубо эмиссионного способа финансирования бюджетного дефицита облагается неким "инфляционным налогом", представляющим собой метод изъятия его денежных средств путем увеличения предложения денег для финансирования бюджетного дефицита. В результате роста денежного предложения деньги, находящиеся на руках у населения, обесцениваются. Если же потребители хотят иметь то же реальное количество денег, они вынуждены меньше тратить. То есть фактически они подвергаются дополнительному налогообложению. Налогообложение с помощью инфляции представляет собой метод, используемый многими развивающимися странами для оплаты государственных расходов, поскольку другие средства налогообложения оказываются здесь малоэффективными. Правда, всегда существует некий предел таких эмиссионных доходов государства: по мере ускорения инфляции выгоды последнего становятся все менее заметными по сравнению с потерями от роста цен (включая и наращивание затрат на эмиссию денег).

    Кроме инфляционного финансирования правительство может покрывать бюджетный дефицит за счет займов - как у частного сектора, так и у центрального банка.

  2. Прямые кредиты правительства (министерства финансов) в Центральном банке, использование государственных заимствований как главного способа покрытия дефицита бюджета (когда правительство выступает в роли заемщика). Это так называемое денежное финансирование бюджетного дефицита.

    При оценке последствий такого способа покрытия бюджетного дефицита нельзя не вспомнить, что государственный кредит существенно отличается от кредита частного. Последний обычно направляется на производственные цели (у нас, впрочем, это происходит далеко не всегда: неясность коммерческих перспектив, отсутствие строго определенных прав собственности побуждает многих руководителей и частных фирм направлять преобладающую часть кредитных ресурсов на зарплату и выплату прежних своих долгов - государству, банкам, поставщикам). Выплата процента при этом обеспечивается за счет прироста стоимости в процессе производства. Государственный же кредит, направляемый правительством на покрытие бюджетного дефицита, обычно никак не связан с производственной деятельностью, а процент по нему выплачивается главным образом за счет налоговых поступлений в бюджет без какого-либо прироста стоимости. Инфляционный процесс и в этом случае неизбежен, хотя более медленными темпами и в более цивилизованных формах: правительство, время от времени возвращая с процентом прежние долги центральному банку, обычно тут же обращается к нему за новым кредитом.

    Следует учитывать, что деньги у центрального банка правительство берет в кредит во многом формально. Конечно, предполагается, что в будущем оно возместит эти средства с процентами, но ведь это все равно что брать взаймы у самого себя. Когда правительство выплачивает проценты центральному банку, тот должен вернуть эти проценты правительству. Так что правительству в общем-то никогда не приходится платить по кредитам центрального банка, да, честно говоря, и самих кредитов выплачивать тоже не приходится. Фактически центральный банк не ссужает, а просто-напросто дарит деньги правительству. И такое постепенное разбухание денежной массы не может не вызвать инфляции.

  3. Для покрытия дефицита используется выпуск государственных займов, которые осуществляются в форме продажи казначейских векселей (долговых обязательств правительства, выдаваемых на срок до одного года) или казначейских облигаций (обязательств на срок более одного года). Тем самым привлекаются в бюджет временно свободные денежные средства уже не государства, а частного сектора - домохозяйств, банков, страховых, промышленных компаний, а также иностранных экономических субъектов. Иначе говоря, долговые обязательства размещаются правительством везде, кроме Центрального банка своей страны. На своих аукционах министерство финансов продает облигации частному сектору, тем участникам, которые предлагают наибольшую цену. При этом кредитоспособные правительства обычно имеют возможность продавать свои долговые обязательства не только на внутреннем рынке, но и на международных рынках капитала. Например, правительство США регулярно продает казначейские векселя японским инвесторам. Этот наиболее цивилизованный способ покрытия бюджетного дефицита - долговое финансирование - используется в странах, в которых Центральный банк имеет большие права и ответственен за неинфляционное развитие экономики.

    Допустим, казначейство продает краткосрочный вексель, на котором написано, что правительство обязуется по истечении одного года выплатить предъявителю 1000 долл. Если население готово заплатить за такое обязательство 950 долл., то процентная ставка составляет (1000 : 950 - 1) = 5.3%. Если же цена векселя падает с 950 до 900 долл. (например, в связи с осознанием населением возросшей рискованности подобных вложений), то процентная ставка повышается до (1000 : 900 - 1 ) = 11.1 %.

    Если исключить покрытие бюджетного дефицита через инфляционный налог и обозначить через ΔM количество новых денег, полученных от центрального банка для покрытия бюджетного дефицита, а ΔD - сумму, полученную в виде государственных займов, то

    ΔM + ΔD = (G +N + F) - T.

    Казалось бы, что применение такого способа исключает раскручивание инфляции: наоборот, вручив бывшим обладателям сбережений свои долговые расписки, государство взамен их как бы "вытягивает" из обращения денежную массу, что в принципе может вызвать дефляцию. Однако, как доказывает мировой хозяйственный опыт, инфляция может проявиться и при таком способе покрытия бюджетного дефицита, причем нередко в сочетании с экономическим спадом.

    Выпуская государственные облигации и вступая в конкуренцию с частными предприятиями за привлечение сбережений населения, правительство тем самым взвинчивает равновесный уровень ставки процента и тем самым вытесняет инвестиционные расходы фирм. Часть заемщиков, которым новые процентные ставки оказываются не под силу, вытесняются с финансовых рынков. Сокращение частных инвестиций приводит к падению темпов роста и снижению уровня жизни будущим поколений. Не имея - в отличие от частных фирм - ограничений в уровне процентной ставки, выигрывая борьбу за сбережения частных лиц, государство провоцирует через замедление роста совокупного предложения и ускорение инфляции. Каждый процент увеличения бюджетного дефицита приводит к соответствующему сокращению частных инвестиций и замедлению экономического роста страны. Так, в США уменьшение доли частных инвестиций с 6.9 % ВНП в 70-х гг. до 4.6 % ВНП в 80-х гг. рассматривается как одно из самых негативных воздействий дефицита государственного бюджета на общее экономическое состояние страны.

    В мировой экономической науке данное явление называется эффектом вытеснения частного спроса на инвестиции государственным спросом. Теоретический и эконометрический анализ этого эффекта начался с исследований американского экономиста Р. Барроу. Однако подобное явление было замечено еще А. Смитом, не говоря уже о Дж. Кейнсе. Подводя некий итог, Д. Калбертсон писал: "Расходы государства финансируются за счет средств ссудного рынка, где они конкурируют с частными расходами. Наименее благоприятный случай для финансовой политики заключается в том, что дополнительные государственные займы просто вытесняют с рынка равную (или, в принципе, возможно, даже большую) сумму заемных средств, которые могли бы быть использованы для финансирования частных расходов". Увеличивая налоги или размещая на рынке облигационные займы, правительство "просто перемещает ресурсы из частного сектора в государственный и получает при этом очень малый нетто-эффект в виде прироста общей суммы расходов".

    Итак, эффект вытеснения выражает процесс выталкивания частных инвестиций государственными ценными бумагами, которыми финансируется бюджетный дефицит. Государственные обязательства считаются безрисковыми, а процент по ним - "чистым доходом на капитал", служащим минимальной точкой отсчета для определения рентабельности вложений капитала фирмами и частными лицами. Инвестиции в реальную экономику осуществляются лишь постольку, поскольку они обеспечивают доходность, превышающую процент по государственным обязательствам плюс плату за риск.

    Эффект вытеснения перестает действовать не раньше, чем восстанавливается равновесие государственного бюджета. Чтобы снять негативное давление бюджетного дефицита на динамику воспроизводства, надо установить бюджетное равновесие, исключить опустошение государством финансовых рынков. А восстановление такого равновесия в сфере государственных финансов становится все более сложной задачей, т.к. вытеснение частного спроса государственным (а привлекаемые правительством средства обычно используются непроизводительно) сопровождается ростом расходов на выплаты процентов по государственному долгу. Так, в США эти выплаты составляли 8,9% от общих федеральных расходов, а в 1989 г. - уже 14.5%. В результате колоссального роста процентных платежей бюджетные дефициты становятся самоподдерживающимися. Со временем - как показывает опыт Боливии, Аргентины, Бразилии, Израиля в начале 80-х гг. - реальной становится опасность "взрывного дефицита" из-за нарастания процентных выплат по обслуживанию долга центробанку, все более сопоставимых с размером национального дохода. В этом случае выходом может стать превращение "взрывного дефицита" опять-таки во "взрывную инфляцию" в результате монетизации бюджетного дефицита.

Как видим, денежное и долговое финансирование дефицита бюджета оказывают различное воздействие на экономику. Финансирование дефицита за счет займов у частного сектора повышает процентную ставку, снижает инвестиции и оказывает относительно нейтральный эффект на цены и совокупный спрос. Денежное же финансирование сокращает процентную ставку, увеличивает частные инвестиции, повышает цены и совокупный спрос. При получении кредитов центрального банка для покрытия бюджетного дефицита правительству удается ценой большей инфляции избежать пагубного его влияния на инвестиционный и потребительский спрос со стороны населения своей страны.

Как видим, бюджетный дефицит может вызывать различные экономические эффекты - в зависимости от способа его покрытия:

  1. эффект расширения денежного спроса, который, в свою очередь, может вызвать либо рост производства (реальный эффект), либо рост цен (инфляционный эффект) - а обычно и тот, и другой в той или иной комбинации;
  2. эффект вытеснения, когда государственный спрос на финансовые ресурсы, порождаемый дефицитом, просто замещает частный инвестиционный спрос, и никакого расширения объема ВНП не происходит. Больше того, спрос со стороны частных инвесторов сокращается, что отрицательно воздействует на капиталовложения в долгосрочной перспективе.

Какой же из этих эффектов преобладает и от чего это преобладание зависит? Оно зависит:

Во-первых, от объективных условий воспроизводства - прежде всего от степени загрузки производственных мощностей и использования прочих производственных ресурсов.

Во-вторых, от того, каковы отношения между бюджетной и кредитно-денежной политикой, другими словами, как финансируется бюджетный дефицит. Речь при этом идет о такой кредитно-денежной политике, при которой практика дефицитного финансирования не влияет на рост процентных ставок, что достигается за счет противодействующих этому мероприятий. Важнейшими среди них являются давление центрального банка на процентную ставку и использование иностранного капитала для целей инвестирования в национальную экономику.

Приток иностранного капитала способен компенсировать или хотя бы смягчить воздействие дефицита на частные инвестиции. Из стран большой семерки самую высокую конкуренцию частному накоплению государственные займы составляли в 80-90-е гг. в Италии и США. Однако если Италия не смогла смягчить эту опасную тенденцию, и эффект вытеснения проявлялся здесь весьма интенсивно, то политика американского правительства (получившая название "политики ограбления соседа" - прежде всего Японии, в которой несмотря на высокую сберегательную активность населения уровень инвестиций в национальную экономику из-за вывоза капитала заметно снижается) обеспечивал почти полную компенсацию отрицательного воздействия государственного дефицита на накопление капитала. Однако такой способ решения проблемы накопления капитала крайне уязвим, зависит от внешних факторов, что усиливает потенциальную неопределенность и неустойчивость экономического развития.