ZuboLom.ru

Классическая модель взаимодействия экономики и государства

Государство уже много веков наряду с поддержанием порядка, законности, обороноспособности страны занимается выполнением определенных хозяйственных функций. Так что у государственного регулирования экономики имеется весьма богатая история, в которой можно обнаружить и громкие успехи, и ужасающие неудачи. Уже в период зарождения в Европе капиталистической системы государство осуществляло контроль над процентными ставками, ценами, условиями внешней торговли, качеством производимых в стране и поступающих по импорту товаров и услуг. Господствовавшее в экономической науке в XVII-XVIII вв. учение меркантилизма опиралось на признание государственного регулирования в качестве непременного условия успешного развития промышленности и торговли. Однако по мере развития рыночных отношений укреплявшийся экономически и политически класс предпринимателей начал усматривать в государственном вмешательстве прямую угрозу своей прогрессирующей экспансии в хозяйственную жизнь буржуазного общества. В результате стала формироваться классическая модель взаимодействия экономики и государства.

Данная модель основана на признании гармоничного функционирования стихийно-саморегулирующегося механизма рыночной экономики и отрицании кризисов перепроизводства и других серьезных нарушений макроэкономического равновесия. Наиболее видные представители данного направления - А. Смит, Д. Рикардо, Дж .С. Милль, А. Маршалл, А. Пигу и др. - полагали, что главными факторами, обеспечивающими развитие рыночной экономики, являются свободное предпринимательство и свободная конкуренция. Так, А. Смит в своем "Исследовании о природе и причинах богатства народов" подчеркивал, что рынок сам по себе как бы "невидимой рукой" направляет экономику к лучшим результатам, автоматически обеспечивает равенство спроса и предложения. Тем самым все основные макроэкономические цели - полная занятость, стабильный уровень цен, экономический рост, справедливое распределение доходов и др. - достигаются в результате не ограничиваемого государством функционирования рыночного механизма.

Наиболее общим основанием для таких выводов является закон Сэя, в соответствии с которым сам процесс производства товаров создает доход, в точности равный их стоимости. Иначе говоря, предложение товаров порождает свой собственный спрос. Отсюда делается вывод о том, что лучшей экономической политикой является политика невмешательства государства. В соответствии с концепцией экономического либерализма государство должно действовать по принципу: пусть все идет само собой. Именно сторонники государственного вмешательства, по мнению либералов, должны искать аргументы его необходимости.

По утверждению Дж. Гэлбрейта, до 30-х гг. ХХ века принятие или непринятие закона Сэя являлось признаком, по которому экономисты отличались от дураков. Между тем еще марксистами впервые была показана несостоятельность идей о полной гармонии рыночной экономики капитализма, были вскрыты ее противоречия, делающие неминуемыми периодические нарушения равновесия воспроизводства. Дж. Кейнс, К. Викселль и другие экономисты пришли к этой мысли лишь десятилетия спустя.

Классический взгляд на проблему взаимодействия экономики и государства преобладал в условиях, когда в экономической теории господствовал микроэкономический подход. Успешная деятельность отдельных фирм отождествлялась при этом с успешным функционированием экономики страны в целом: работая на себя, частный предприниматель тем самым якобы работает и на общество: что выгодно "Дженерал Моторс" - то выгодно и Соединенным Штатам Америки. Экономисты классической школы крайне отрицательно относились к таможенным тарифам, поддержанию стабильного уровня цен, валютных курсов, поддержке правительством крупных монополистических корпораций, его воздействию на уровень заработной платы, процента и т.п. Конечно, по их мнению, общество должно создавать государственные институты - учреждения, наделенные достаточной властью, чтобы охранять жизнь человека и его собственность как внутри, так и за пределами страны, справедливо разрешать споры и т.д. Но не более того. Государству отводится сугубо подчиненная роль некоего "ночного сторожа частной собственности", обеспечивающего охрану правопорядка, национальную оборону, строительство и поддержание ряда общественно полезных сооружений. Главным при этом признается гарантирование экономической свободы - свободы заниматься той или иной хозяйственной деятельностью и принимать решения, свободы конкуренции, свободы торговли. А. Смит подчеркивал, что чем слабее вмешательство государства в экономику, тем меньше деформаций рыночных механизмов и лучше для народного хозяйства в целом.

За десятилетия господства классической концепции в науке накопились возражения против нее, связанные с тем, что:

  1. интерес частных фирм далеко не всегда отражает интересы общества в целом (например, в случае производства оружия, наркотиков и др.), и это неминуемо должно побуждать правительство пресекать случаи расхождения данных интересов;
  2. закон Сэя крайне упрощает действительность, поскольку получатели дохода вовсе не обязаны и далеко не всегда захотят израсходовать его полностью на покупки других товаров, а вполне могут предпочесть сберегать часть своего дохода. В таком случае сбережения подрывают действие закона Сея, ибо предложение не полностью создает свой спрос, и это порождает перепроизводство, экономический спад, безработицу, снижение доходов и т.д. Правда, классики утверждают, что сбережения превращаются в инвестиции, и с учетом возросшего спроса не только на потребительские, но и на инвестиционные товары спрос опять-таки приравнивается к предложению. Фактором такого уравнивания становится функционирование денежного рынка, гарантирующего якобы через гибкую процентную ставку равенство сбережений и инвестиций. Утверждается, что гибкость ставки процента обеспечивает действие закона Сэя даже в экономике со значительными сбережениями. Но экономической теории хорошо известно, что:

    • сбережения зависят не только (и вероятно, даже не столько) от процента, сколько от дохода;
    • субъекты сбережений и инвестиций весьма различаются: сберегают домохозяйства, а инвестируют фирмы;
    • для превращения сбережений в инвестиции необходима отлаженная финансово-кредитная система, и автоматизма здесь нет.

Великая депрессия 1929-1933 г.г. явилась шоком для классической теории: объяснить спад такого масштаба, столь массовую безработицу она не могла. Использование рецептов классиков - ограничение государственных расходов и заработной платы - лишь ухудшило ситуацию. Небывалая глубина кризиса поставила под сомнение саму идею саморегулирующейся рыночной системы. Происшедшая в этот период "кейнсианская революция" в экономической теории, а также практический опыт США при Рузвельте и Германии при Гитлере предопределили временное падение авторитета классической концепции взаимодействия экономики и государства.